Харуки Мураками "Охота на овец"
Начал читать в середине июля 2007 года – закончил 29 числа.
Третья книга Мураками значительно отличается от первых двух. Если в "Слушай песню ветра" и "Пинболл 1973" больше всего внимания на себя обращали (и по ощущениям занимали больше места в тексте) яркие, почти метафорические диалоги, то в "Охоте" – это потрясающие по глубине описания природы, местностей, реже людей. Автор постоянно использует какие-то явно потусторонние аллегории, поражающие своей холодной красотой. Прочитывая каждый такой фрагмент, создаётся ощущение, что уж круче этого сравнения быть не может, но уже на следующей странице Мураками развенчивает это заблуждение.
В "Охоте на овец" слитная сюжетная линия просматривается значительно сильнее, чем в первых двух книгах трилогии. Также я заметил, что именно из-за этого мыслей и эмоций по поводу самих речевых оборотов, фраз и диалогов возникает меньше. Эту книгу труднее сравнить с музыкой, что было характерно для первых двух. Что меня ещё поражает, так это то, как мало внимания Мураками уделяет людским именам. Показательным в этом плане является эпизод с кошкой главного героя, у которого, кстати, тоже нет имени. И у Подруги его имени тоже нет, и у жены. Просто Жена, Подруга, Напарник и Куча Всяких Других Персонажей, которые несутся вокруг главного героя в потоке Времени.
Начало трилогии меня в принципе поражало и даже в чём-то подкупало тем, что действия слова и поступки героев совсем не характерны для меня. Мне трудно себе представить себя на их месте. Может быть поэтому я и заболел тогда желанием подражать их модели поведения? В этом качестве "Охота на овец" идейный продолжатель и полный преемник "Песни ветра" и "Пинболла". Только сравнения возникают чаще, так как действий в третьей книге больше. Совсем не похоже на меня. Такие дела.
Тем не менее, духовно книга явно нашла резонанс где–то внутри, причём, судя по всему, в детстве, которого мне уже и не вспомнить. Какие-то постоянные духовные параллели преследовали меня, до самой последней страницы, находясь где-то на грани между интеллектом и подсознанием. Впрочем, раз я так и не смог выразить это словами, где-то на территории подсознания они и застряли.
Две вещи, которые я понял уже под конец книги, были для меня настоящим открытием. Первое – это то, что книга как бы старалась всем своими действиями отучить меня от дурацкой (не то слово, но лучше подобрать не могу) привычки залипать на людях, вещах, событиях и местах. А второе – это такая трогательная доброжелательность простых людей, которая у меня прочно ассоциируется с японской традицией и которой во мне так явно не хватает.
Закончив читать, я проплакал минут 10. Что впрочем, отнюдь не является рекордом. Но ощущения вызванные окончанием Охоты На Овец были для меня одним из самых сильных литературных переживаний. Больше мне сказать нечего.
Начал читать в середине июля 2007 года – закончил 29 числа.
Третья книга Мураками значительно отличается от первых двух. Если в "Слушай песню ветра" и "Пинболл 1973" больше всего внимания на себя обращали (и по ощущениям занимали больше места в тексте) яркие, почти метафорические диалоги, то в "Охоте" – это потрясающие по глубине описания природы, местностей, реже людей. Автор постоянно использует какие-то явно потусторонние аллегории, поражающие своей холодной красотой. Прочитывая каждый такой фрагмент, создаётся ощущение, что уж круче этого сравнения быть не может, но уже на следующей странице Мураками развенчивает это заблуждение.
В "Охоте на овец" слитная сюжетная линия просматривается значительно сильнее, чем в первых двух книгах трилогии. Также я заметил, что именно из-за этого мыслей и эмоций по поводу самих речевых оборотов, фраз и диалогов возникает меньше. Эту книгу труднее сравнить с музыкой, что было характерно для первых двух. Что меня ещё поражает, так это то, как мало внимания Мураками уделяет людским именам. Показательным в этом плане является эпизод с кошкой главного героя, у которого, кстати, тоже нет имени. И у Подруги его имени тоже нет, и у жены. Просто Жена, Подруга, Напарник и Куча Всяких Других Персонажей, которые несутся вокруг главного героя в потоке Времени.
Начало трилогии меня в принципе поражало и даже в чём-то подкупало тем, что действия слова и поступки героев совсем не характерны для меня. Мне трудно себе представить себя на их месте. Может быть поэтому я и заболел тогда желанием подражать их модели поведения? В этом качестве "Охота на овец" идейный продолжатель и полный преемник "Песни ветра" и "Пинболла". Только сравнения возникают чаще, так как действий в третьей книге больше. Совсем не похоже на меня. Такие дела.
Тем не менее, духовно книга явно нашла резонанс где–то внутри, причём, судя по всему, в детстве, которого мне уже и не вспомнить. Какие-то постоянные духовные параллели преследовали меня, до самой последней страницы, находясь где-то на грани между интеллектом и подсознанием. Впрочем, раз я так и не смог выразить это словами, где-то на территории подсознания они и застряли.
Две вещи, которые я понял уже под конец книги, были для меня настоящим открытием. Первое – это то, что книга как бы старалась всем своими действиями отучить меня от дурацкой (не то слово, но лучше подобрать не могу) привычки залипать на людях, вещах, событиях и местах. А второе – это такая трогательная доброжелательность простых людей, которая у меня прочно ассоциируется с японской традицией и которой во мне так явно не хватает.
Закончив читать, я проплакал минут 10. Что впрочем, отнюдь не является рекордом. Но ощущения вызванные окончанием Охоты На Овец были для меня одним из самых сильных литературных переживаний. Больше мне сказать нечего.
Комментариев нет:
Отправить комментарий